Тема:

Коронавирус 3 часа назад

Спасительная вакцина: аргументы для антипрививочников

Печальное явление, которое трудно игнорировать. На этой неделе Россия четырежды била рекорды по суточной смертности от ковида. К концу рабочей пятидневки официально огласили цифру: 887 умерших. Это много. Очень много. Это более 10% от умирающих от ковида за сутки на планете.

От ковида у нас умирают именно непривитые люди. У всех есть возможность бесплатно привиться и тем самым защитить себя и близких, но большинство наших граждан все еще не решилось. Надеются на авось, считают себя умнее врачей, просто не думают.

В новой России сложилась негласная традиция. Если за раз в какой-нибудь катастрофе или, не дай бог, теракте или стихийном бедствии погибают более ста человек, то объявляется общенациональный траур. Страна скорбит, приспускаются государственные флаги, отменяются увеселительные мероприятия. Сейчас число жертв каждые сутки таково, что траур объявляй хоть каждый день. Этого не происходит лишь потому, что в обществе запроса на скорбь из-жертв ковида нет. Государство из кожи вон лезет, чтобы защитить своих граждан – вот вам прививка, вот вам маски и лекарства, вот вам новые больницы и врачи – а в ответ граждане в массе своей плевать хотели и на себя, и на других.

Еще год назад не было статистических данных об эффективности вакцины. Были лишь результаты клинических испытаний. Сейчас по итогам трех кварталов массовой вакцинации математически доказана эффективность и безопасность российских вакцин. И сейчас, если каждый из 42 миллионов привитых россиян возьмет за руку непривитого и, убедив личным примером, отведет его на пункт вакцинации, то Россия вплотную приблизится к порогу коллективного иммунитета. Важная и благородная задача. Сохрани друга!

Сначала заболел пятиклассник. Инфекцию подхватили другие дети, заразились учителя. Пятнадцать педагогов слегли с ковидом. Директор лицея – в реанимации.

Серое, осунувшееся лицо, разорванное мучительной болью. Под кислородной маской звучный учительский голос отзывается дрожащим эхо. Открытка от внучки – скучает. Быть пациенткой для нее, значит, сдаваться, медленно умирать. На последней строчке голос дрогнет. Смерть как будто затеяла гонку с теми, кто должен жить.

"Здесь и сейчас мы теряем людей, которые погибают на глазах. Это страшно, потому что ты чувствуешь себя бессильным. Иногда доходит до слез. Врачи плачут", – признается Ирина Симоненко, заведующая приемным отделением ГКБ 2 Ставрополя.

Для доктора это не сухие цифры статистики. Заполняя посмертный эпикриз на каждого пациента, Ирина вспоминает их глаза. Они с надеждой смотрят, будто просят спасти им жизнь.

"Когда привозят пациента 21 года, 30 лет, 35, т понимаешь, что там семья. маленькие детки. Он без тяжелых патологий. У него нет хронических заболеваний. И он на глазах уходит. Ты понимаешь, что это – молниеносная форма ковида, что молодежь умирает не от того, что ты привык видеть", – говорит Симоненко.

Этому парню – 27. Уже три недели в больнице. Накануне его перевели на ИВЛ. С каждым днем становилось хуже, прогнозы – печальнее. Он не прививался от ковида.

"Люди более пожилого возраста охотнее идут на вакцинацию, молодежь более наплевательски относится к своему здоровью. Потому что они молодые, сильные, здоровые. Более халатно к этому относятся. Погибают все. Сейчас мы не видим ни конца, ни края", – отметил Сергей Бабиков, заведующий отделением реанимации и интенсивной терапии ГКБ 2 Ставрополя.

Родители решили перевезти его в Москву. Из столицы прилетел борт санавиации. В Ставрополе возможности врачей были исчерпаны.

Такие переводы иногда случаются. Мы уже рассказывали о девятнадцатилетнем мальчике, которого привезли в 52-ю больницу из другого ковидного стационара. Снимали в среду. В воскресенье, когда сюжет шел в эфире, родители оплакивали смерть сына – он погиб.

"Невакцинированные, позднее обращение. К сожалению, мы в этих случаях не можем помочь. Лечатся сами. Обращаются к фармацевтам, к соседке, к переболевшему, к кому угодно, но только не к врачу", – сказала Марина Костровская, главный врач ГКБ 2 Ставрополя.

Ковид маскируется под обычную простуду. Легкое недомогание. В горле першит. Температура не сразу под 40. Вместо того чтобы вызвать врача, открывают домашнюю аптечку. Время уходит.

На Ставрополье ковидные волны не считают. Здесь еще первая волна не закончилась. Легкие отливы напряженного потока пациентов сменяются новым всплеском. Свободных коек почти не осталось.

Окна ковидного госпиталя выходят на часовню. Здесь отпевают умерших от ковида. В церковной книге иную причину смерти трудно найти. На городском кладбище Невинномысска уже вырос целый квартал неспасенных.

"Если мы в месяц хоронили в среднем 120-130 человек, то сейчас хороним 200 и более. И кладбище расширяется прямо на глазах. И молодые, и студенты, и работающие, и сильные за неделю-две сгорают", – рассказал Олег Колпаков, директор кладбища Невинномыска.

Официально за полтора года пандемии Ставропольский край потерял больше трех тысяч человек. Это непосредственно от ковида. В этой статистике не учитывают постковидные осложнения, которые приводят к смерти.

"Это невероятная потеря. Избыточная смертность в прошлом году у нас была 4 тысячи 226 человек. В этом году я боюсь давать прогнозы, но думаю, что будет не меньше", – заявил Владимир Колесников, министр здравоохранения Ставропольского края.

По уровню вакцинации Ставрополье плетется в хвосте. Всего четверть населения сделала прививку от коронавируса. На аптечном складе больше ста тысяч доз вакцины.

Пункты вакцинации на Ставрополье работают круглосуточно. Приходи и днем, и ночью. Привиться можно любой вакциной, зарегистрированной в России: здесь есть и "Спутник", и "ЭпивакКорона", и "Ковивак". Нет только желающих. В городской поликлинике Невинномысска в день прививают не больше ста человек. По всему краю – около полутора тысяч.

Он замерзает при минус 220. И закипает при 180. Это жидкий кислород, медицинский. На заводе "Невинномысский азот" его начали выпускать только в августе этого года.

"Потребовалось в больницы, чтобы спасать жизни людей. Пандемия от нас не уходит, а только развивается. Сейчас еще осенний период, и только больше и больше будет требоваться кислорода", – говорит Андрей Бурховецкий, начальник цеха "Невинномыский азот".

Две трети рабочих вакцинировались. Кто-то переболел. Остальные держат оборону. Пока лично не встретятся с ковидом.

"Им в руки дали соцсети. Они смотрят всякую туфту и почему-то верят. Это абсолютно нелогично, нерационально. Каждый для себя должен определить, он согласен противодействовать вызовам XXI века в виде такой бактериологической опасности или нет", – считает один из рабрчих.

Фермер Сергей Катринец, защитив прививкой себя, сохранил свой бизнес. На Ставрополье он разводит южноафриканскую породу овец – черноголового дорпера. За поголовьем летает в Европу.

"Не все понимают, что такое прививка. Допустим, тех самых овец, если не прививать от каких-то болезней, можно всех потерять. Всех надо прививать, чтобы иммунитет ознакомился с вирусом", – отметил Сергей.

Владелица частной пекарни Анна Сократовна решение о прививке долго откладывала. Когда стала терять знакомых и друзей, ощутила некую призрачную жуть в том, что происходит.

Пекарь Марина отводит глаза – она не прививалась от ковида. Так всегда бывает: пока тебя не коснулось, кажется, опасность где-то далеко.

Лечение ковида сегодня обходится дорого. Только в прошлом году из краевого бюджета выделили больше 2 миллиардов рублей. На эти деньги можно было построить новую больницу.

"Лечение тяжелого пациента обходится не меньше, чем 250-260 тысяч рублей, и это без реанимации. Мы говорим с вами об обычном пациенте. В реанимации – до миллиона рублей", – сказал Владимир Колесников.

В Георгиевском городском округе с жителями не смогли договориться – 15% вакцинированы. Отмечая горячим чаем День пожилого человека, сельский актив признается: никто из них прививку не сделал.

В станицу Подгорная раз в неделю приезжает мобильный пункт вакцинации. В этот раз на укол записались всего 10 человек из четырех с половиной тысяч.

"Только обязательная вакцинация для определенных групп населения. Нам только будет на руку, нас спасет и нам поможет. И заболеваемость снизится. Без обязательной вакцинации мы не сможем ничего сделать. Мы уговариваем. Мы разговариваем. И чем больше мы разговариваем с населением, тем больше у него негатив к этому. Это вас обязали. Это ваши проблемы. Мы обойдемся без вашей вакцины. Мы ей не доверяем", – говорит Юлия Бабич, начальник санитарно-эпидемиологического отдела Георгиевской ЦРБ.

В Свердловской области на этой неделе приняли такое решение: с 5 октября учителя, госслужащие, работники сферы услуг обязаны пройти вакцинацию. Заболеваемость в регионе растет. Очередная волна докатилась до Урала.

"На практике видим, насколько эффективны вакцины. Мы посмотрели у себя по региону, сравнили показатель заболеваемости среди привитых и среди непривитый. Показатели среди привитых выше в 11 раз. Вакцина изучена и безопасна", – заверил Дмитрий Козловских, главный санитарный врач Свердловской области.

Когда в Центре Гамалеи работали над вакциной "Спутник V", сомнений в ее эффективности не было. Ученые понимали: нужно использовать вирусные векторы, которые хорошо стимулируют иммунный ответ.

"У нас нет такого, мы сейчас пойдем и весь мир спасем. Нет, когда мы начинали работать, каждый понимал, что хочет защитить свою семью, когда уже семью защитили, тогда там уже близкие, друзья пошли, знакомые, как-то начинает распространяться. Но самое главное – защитить свою семью", – вспоминает Инна Должикова, заведующая лабораторией государственной коллекции вирусов ФГБУ НМЦ Гамалеи.

Фотография Инны Должиковой на обложке Forbes Woman – за вклад в развитие науки. Разлетевшийся по миру "Спутник" готовится завоевать Европу. Преград для регистрации ВОЗ уже не осталось.

"Позиция РФ по поводу продвижения и регистрации вакцины "Спутник" услышана. Полностью сняты на сегодняшний день вопросы, необходимо заявить уже компанию, которая занимается регистрацией вакцины "Спутник" на площадке ВОЗ, подписать ряд документов, представить ряд дополнительных бумаг – это такие административные процедуры. На сегодняшний день все барьеры сняты. Поэтому мы не видим сегодня никаких препятствий для дальнейшей работы. И это нам было подтверждено со стороны генерального директора ВОЗ", – заявил министр здравоохранения Михаил Мурашко.

Деревянные кресты – суровые, одинокие, неприступные, что растянулись на сотни метров, – убеждают лучше половодья слов. Их ничто уже не трогает.