Киселев: Франция перестает быть Францией

Мы уже говорили, что о Макрона буквально вытерли ноги лидеры США и Британии Джо Байден и Борис Джонсон. Тоже не титаны мировой политики, но просто сделали это инстинктивно, поскольку Франция уж так давно подставлялась. Поскольку Франция сама последовательно отказалась от своей величественной роли как в Европе, так и в мире, измельчив свои порывы, отказавшись от французской культуры, поменяв ее, по обтекаемым словам Макрона на "культуру Франции", прогнувшись сначала под Обаму, Трампа, Байдена, еще под уже подзабытых английских премьеров и ныне Бориса Джонсона, под Меркель с ее безумным проектом утопить Европу в море мигрантов, наконец, испортив отношения с Россией совершенно впустую.

И можно ли теперь требовать от кого-то уважать Францию, если Франция сама не уважает себя? Сейчас, например, знаменитая Триумфальная арка – один из главных символов Парижа, построенный по воле Наполеона в честь побед великой армии, – стоит обмотанная тканью. Американский художник "забинтовал" все барельефы и скульптуры – "Триумф", "Марсельезу", "Сопротивление 1814 года", "Похороны генерала Марсо", "Битву под Аустерлицем" и гравировку еще в память о 128 сражениях. Понятно, что для американца это не более чем исторический мусор, но для французов ведь не так! Впрочем, теперь, похоже, так. Иначе почему сам президент Франции Макрон открывает этот странный перформанс по стиранию великой истории и замены ее хрен знает чем? Вот он, счастливый Макрон.

Вообще то, что происходит на наших глазах с Францией, прямо противоречит завету ее великого лидера генерала де Голля. При нем Франция освободилась от фашизма, при нем стала сооснователем ООН и заняла место в Совете безопасности ООН. Де Голль построил особые отношения с Россией и вел Францию по гордой и независимой траектории великой державы. Так вот де Голль начинает свои военные мемуары с важнейшего обобщения о предназначении страны, о масштабе свершений и помыслов, необходимом для существования Франции. Вы только вслушайтесь в предостережения генерала о смертельной опасности для страны, с которой у России исторически так много связано: "Разум также убеждает меня в том, что Франция лишь в том случае является подлинной Францией, если она стоит в первых рядах, что только великие деяния способны избавить Францию от пагубных последствий индивидуализма, присущего его народу, что наша страна перед лицом других стран должна стремиться к великим целям и ни перед кем не склоняться, ибо в противном случае она может оказаться в смертельной опасности. Короче говоря, я думаю, что Франция, лишенная величия, перестает быть Францией". Что, собственно, и случилось. Франция перестает быть Францией.